Главная
Классические кроссворды
Сканворды
Тематические кроссворды
Календарь
Биографии
Статьи о людях
Афоризмы
Новости о людях
Библиотека
Отзывы о людях
Историческая мозаика
Наши проекты
Юмор
Энциклопедии и словари
Поиск
Рассылка
Сегодня родились
Реклама
Web-мастерам

Случайная статья

Интересно
  • Лазурный берег Франции - отдых для миллионеров
  • Марокко. Восточная сладость
  • Загадка Вольфа Мессинга (Wolf Messing)

  • "Психологические опыты" Вольфа Мессинга
  • Неразгаданный Мессинг
  • Секреты Вольфа Мессинга
  • "Я вижу мысли людей"
  • Девы (по знаку зодиака)
  • Астрологи, предсказатели
  • Кто родился в Год Свиньи


  • Перебирая старые фотоснимки с автографами героев моих газетных публикаций, часто людей не просто интересных, но и знаменитых, я невольно задерживаю взгляд на портрете человека, который 30 лет назад ушел из жизни, так и оставшись загадкой. Думаю, не только для меня, но и для всех, кто его знал.

    Возможно, сегодня это имя многим ни о чем не говорит, а в свое время оно было, что называется, на слуху. Вольф Мессинг демонстрировал способности поистине уникальные. Самым простым из номеров его программы «Психологические опыты» было нахождение с завязанными глазами предмета, спрятанного у кого–то из зрителей или в любом укромном уголке зрительного зала, естественно, во время отсутствия артиста. Элемент подглядывания или подсказки начисто исключался: все происходило на глазах и под придирчивым контролем публики. Было ясно, что ничего общего с цирковыми фокусами этот номер не имеет, что все дело тут в некоей особой интуиции или, скорее, биоэнергетике, которой обладает этот уникум.

    ...Уроженец польского городка Гура Кальвария, название которого позаимствовано у библейской Голгофы, он чудом успел покинуть Варшаву, уже занятую гитлеровцами. Но и на новой родине, незадолго до этого заключившей с нацистской Германией секретные соглашения, беженцев «с той стороны» встречали как непрошеных гостей. Объявленный врагом рейха за публичные предсказания его гибели Вольф Мессинг и для Сталина был подозрительной личностью. Приходилось слышать, что склонный к мистицизму вождь позже не раз тайно встречался с Мессингом и пользовался его предсказаниями, но сам Вольф Григорьевич об этом нигде никогда не упоминал. Артист, который объездил с гастролями всю Европу, побывал в Южной Америке и Австралии, на родине «победившего социализма» первое время был вынужден довольствоваться сценами провинциального Дома культуры или сельского клуба. И повсюду «иностранец», проделывающий разные подозрительные трюки, находился под недремлющим оком НКВД.

    Впечатлительный от рождения (он вспоминал, что в детстве страдал лунатизмом), испытывая постоянное недоверие к себе и ощущая постоянную слежку, он работал и жил на грани нервного срыва. Глубокую депрессию вызвало известие о гибели всех родственников в Варшавском гетто. Издерганный несчастьями, одинокий в чужой стране, Вольф Григорьевич так и не обзавелся полноценной семьей. Единственным близким человеком была его добровольная помощница–ассистентка Аида Михайловна Раппопорт, ставшая женой эвакуированного артиста в годы войны, когда судьба забросила Мессинга в далекий Новосибирск. Но брак оказался бездетным, и после смерти жены — первой и единственной любви уже немолодого человека — он еще больше ушел в себя...

    Сопровождавшая артиста во время минских гастролей его новая ассистентка и ведущая концертов рассказала мне о несостоявшемся «сеансе» Вольфа Мессинга в белорусской столице, где он когда–то впервые выступал после бегства из оккупированной Польши.

    — Тот приезд в ваш город был просто кошмаром. Едва сошли с поезда, Вольфа Григорьевича кто–то нечаянно толкнул или наступил на ногу — и, конечно же, как это часто бывает, не извинился. Другой бы плюнул и забыл, а он... Короче говоря, приехал в гостиницу и заявил, что выступать не сможет. Заболел. Не смейтесь, у него и вправду поднялась температура. Такая у него нервная система. Была бы другая — это был бы обычный артист оригинального жанра, каких много. А Мессинг, согласитесь, все–таки один. Пришлось–таки отменить гастроли «в связи с болезнью артиста»...

    Но на этот раз гастроли состоялись. Вольф Мессинг приехал со своей программой «Психологические опыты». Помнится, тогда все мы были под впечатлением недавно напечатанного в журнале «Москва» романа «Мастер и Маргарита», действие которого вращается вокруг странной и загадочной фигуры всесильного мага, повелителя нечистой силы мессира Воланда. Ничего подобного раньше не встречалось в советской литературе — недаром роман почти 30 лет пролежал в рукописи.

    Столь же странным и загадочным показалось мне совпадение того, что происходило в фантастическом булгаковском театре «Варьете», с увиденным здесь, в переполненном зале Минского Дома офицеров. Чудеса, демонстрируемые Мессингом, и особенно зрительская реакция на них удивительным образом напоминали уморительно–бесовские сцены из романа. Что уж говорить о странном титуле булгаковского Воланда — мессир, почти буквально совпадающем с фамилией реального лица в аналогичной роли. Совпадение, может быть, чисто случайное, тогда показалось мне нарочитым. Не послужил ли автору романа прототипом мага, который появляется душным майским вечером на Патриарших прудах в обличье иностранца, вполне реальный иностранец, в то время уже широко известный в Европе как маг и волшебник? Согласитесь, очень похоже: мессир — Мессинг...

    С большим трудом мне удалось уговорить его на интервью. Мы встретились, как и было условлено, после того, как опустел зрительный зал, и просидели в тесной гримерке до тех пор, пока потерявшая терпение гардеробщица настойчивым стуком в дверь не вернула нас из тонкого мира хиромантии к реальной действительности.

    Там, в зале, мой собеседник был совсем другим: резкие, порывистые движения и жесты, как–то не свойственные почтенному возрасту артиста и явно рассчитанные на аффектацию сценического образа. Здесь, за кулисами, передо мной сидел совсем другой Мессинг: усталый пожилой человек с печальным лицом библейского мудреца, в глазах которого затаилась вселенская скорбь.

    — Ну и что вы хотите обо мне написать? — не скрывая иронии, поинтересовался он, произнеся последнее слово на польский манер, с непривычно смещенным ударением, отчего оно приобрело совсем другой смысл, вызвавший у меня невольную улыбку. За долгие годы жизни в России этот «иностранец» так и не избавился от сильного то ли польского, то ли еврейского акцента, что казалось непостижимым при его куда более тонком искусстве чтения чужих мыслей.

    Все или почти все, что мне было нужно для газетного материала, я узнал накануне от его ассистентки, немолодой женщины в едва входившем тогда в моду синтетическом парике. Валентина Иосифовна знала чуть ли не все подробности биографии своего патрона, о которых, впрочем, и я до этого был наслышан. Как Мессинг предсказал гибель Гитлеру, если тот двинет свои войска на восток. Как для посрамления скептиков однажды предъявил кассиру в московском банке незаполненный бланк чека и получил по нему сто тысяч рублей. Но теперь, во время встречи с живым магом и возможным прототипом булгаковского Воланда, хотелось большего. По устойчивой советской привычке находить объяснение всякому чуду с материалистической точки зрения мне хотелось добиться от этого чудотворца четкого ответа на вопрос: как такое может быть, а если может быть, то как это делается?

    Мой собеседник так и не ответил на этот, вполне возможно, дурацкий вопрос, который ему, скорее всего, приходилось слышать много раз. С плохо скрываемым раздражением он сетовал на то, что звание заслуженного артиста, на склоне лет пожалованное ему властями, дает публике искаженное представление о его действительном амплуа, имеющем большее отношение к науке, чем к искусству. Это не ловкость рук, как у Эмиля Кио или иного фокусника, а то, чему пока нет объяснения. Как не было его до открытия радиоволн, хотя их природа наверняка древнее человека. Объяснить, как он улавливает чужие мысли или передает особо чувствительным людям свои, невозможно. По крайней мере сегодня, сейчас. До тех пор, пока не будет открыта природа мыслительной энергии, которая, несомненно, существует и передается на расстояние подобно радиоволнам. Только надо иметь приемник, способный «озвучить» эти сигналы, излучаемые человеческим мозгом...

    Не будучи прямым ответом на мой вопрос, это объяснение, высказанное, правда, в более пространной и эмоциональной форме, оказалось достаточно убедительным для меня, гомо сапиенса, человека обыкновенного. Да, большинство из нас — обыкновенные люди, чей мозг, как утверждают ученые, способен на большее, чем мы полагаем. Почему же не поверить, что существуют уникумы, умеющие использовать его скрытые резервы, обладающие сверхчувствительностью, способностью улавливать сигналы, к которым мы глухи?

    Правда, когда сегодня кто–то заявляет, что «слышит голоса», «общается с высшим разумом» и тому подобное, ему советуют обратиться к психиатру. Возможно, приходилось слышать такие советы и Вольфу Мессингу. Естественно, у меня возникло искушение спросить его об этом. Но пока я колебался, он как будто угадал мою мысль.

    — Вы имеете вопрос, не есть ли Вольф Мессинг ненормальным? Так есть ответ. Малым дзицем я был, как это сказать, занадто знервованым. Вы знаете, что такое сомнамбулизм? Меня от этого лечили: мама ставила близ окна таз с водой, жебы я не скочил, когда вставал во сне в лунную ночь. В еврейской религиозной школе — отец мечтал увидеть меня раввином — я заучивал наизусть целые страницы из Талмуда, имел такую память, как ни у кого...

    Однего разу мне пришло в ум, что наша корова сгинеет. Я имел глупость сказать это отцу и заработал крепкого кухталя. Но после некоторого времени корова таки сгинела от рогов своих колежанок. С тэго часу меня считали не совсем нормальным. Может быть, то и правда. Но что есть нормальность? Вы знаете?

    Я честно признался, что не знаю...

    В день отъезда Вольфа Мессинга из Минска я принес ему в гостиницу номер газеты с опубликованным интервью и оригинал фотоснимка, которым оно было проиллюстрировано, с просьбой оставить автограф на память о встрече. Прежде чем расписаться на снимке, он поинтересовался датой моего рождения, именем отца и, услышав ответ, объявил, что моей судьбой управляет счастливый кабалистический знак «хай». Пусть этот знак, начертанный его рукой, напоминает мне о моей неординарной судьбе. И если, не дай бог, случится что–то плохое, надо достать эту фотографию, посмотреть на свой счастливый знак, а потом в глаза того, чьей рукой он начертан, — и все будет хорошо.

    С тех пор прошло много лет. Иногда, следуя наставлению великого мага, ушедшего из жизни вскоре после нашей встречи, я достаю его фотографию с непонятной мне надписью. Поводов за эти годы было немало: смерть родных и близких, собственный инфаркт, да мало ли всяких неурядиц подстерегает в наше непростое время даже тех, кто рожден быть счастливым! Смотрю на свой счастливый знак «хай», затем в глаза человека, который одарил меня верой в свое неординарное предназначение на этой земле, и мысленно обращаюсь к нему с благодарностью. Спасибо, добрейший Вольф Григорьевич! Пусть у меня не все хорошо, но вы тут абсолютно ни при чем. Убеждая меня в неотвратимости счастливого завтра, вы хотели, как лучше. Кто же виноват в том, что получилось, как всегда?


    БРЖОЗОВСКИЙ Аркадий
    "СБ - Беларусь сегодня" 22 сентября 2005 года


    Добавить комментарий к статье



  • "Психологические опыты" Вольфа Мессинга
  • Неразгаданный Мессинг
  • Секреты Вольфа Мессинга
  • "Я вижу мысли людей"
  • Девы (по знаку зодиака)
  • Астрологи, предсказатели
  • Кто родился в Год Свиньи



  • Ссылка на эту страницу:

     ©Кроссворд-Кафе
    2002-2017
    Рейтинг@Mail.ru     dilet@narod.ru