Главная
Классические кроссворды
Сканворды
Тематические кроссворды
Календарь
Биографии
Статьи о людях
Афоризмы
Новости о людях
Библиотека
Отзывы о людях
Историческая мозаика
Наши проекты
Юмор
Энциклопедии и словари
Поиск
Рассылка
Сегодня родились
Реклама
Web-мастерам
Генератор паролей

Случайная статья

Интересно
  • Карнавал в Венеции: спектакль на улицах древнего города
  • Китайский Остров Свободы
  • Иоганн Штраус-младший

  • Биография Штрауса
  • Венский чародей
  • Австрийские композиторы
  • Биографии композиторов
  • Скорпионы (по знаку зодиака)
  • Известные австрийцы


  • Не все, наверное, знают, что каждый вальс Иоганна Штрауса – это на самом деле обычно пять вальсов, вальсовая сюита. Вот и мы построим рассказ о нем как сюиту, где вступление будет посвящено, собственно, не «королю вальса», а его родному городу, который Штраус воспел и остался его кумиром по сей день.

    Итак, сначала несколько слов о Вене, – прежней и нынешней.


    Город музыки


    Те из наших соотечественников и современников, кто побывали в Вене, сравнивают ее с Петербургом. Не только из-за обилия достопримечательностей, а и из-за того еще, что сами жители города воспринимают себя как некую историческую достопримечательность. Вот уже скоро век пройдет, как Вена потеряла свою императорскую корону и стала столицей небольшой «альпийской республики». Однако имперский дух в венцах живет и поныне. Причем не в виде милитаристских, а именно в виде великосветских замашек. Только здесь дамы до сих пор прогуливаются в меховых манто, не рискуя подвергнуться нападенью «зеленых» с баллончиками несмываемой краски. Только здесь можно увидеть лакеев в ливреях и париках. Лишь здесь не только аристократы, но и простые буржуа считают СВОИМ ДОЛГОМ посещать оперу, а не матч по регби или футболу. Только здесь устраиваются знаменитые новогодние балы, билет на которые стоит примерно столько, сколько последняя модель «мерседеса». И на этих балах царит не президент республики, а представители одной из древнейших династий Европы – Габсбурги, а вместе с ними бесконечное число принцев, герцогов и прочих громко и длинно титулованных особ с немецкими, венгерскими, польскими, итальянскими, чешскими, французскими фамилиями, которые словно явились сюда со сцены опереточного театра.

    Наконец, только здесь, войдя в кафе, вы рискуете полчаса прождать, прежде чем официант подойдет к вам, а потом еще полчаса – прежде чем он выполнит ваш заказ. Вальяжность, патриархальность и аристократизм – главные черты характера веселой старушки Вены.

    И все же венцы гордятся не только былым имперским величием. Бесспорно, что в течение столетия (с середины 18 века) Вена была столицей европейской музыки. От Гайдна до Малера, от Моцарта до композиторов «новой венской школы» (Веберн, Берг, Шонберг, – и это уже 20-й век!)… А также Шуберт, Бетховен, Брамс, Брукнер, Сальери, Зуппе, Кальман, Легар. И, естественно, наверно, самый любимый из них ВСЕМИ венцами – Иоганн Штраус-сын.

    Музыка пронизывала жизнь и быт венцев до такой степени, что ноты новых произведений подчас раскупались, как газеты, ведь многие умели читать их с листа. Во время одной из войн с Наполеоном начальник австрийского генерального штаба обратился к главнокомандующему императору Францу с вопросом, где провести военный совет. В маленьком замке, где они остановились, был только один поместительный зал. «Ничего страшного, совещайтесь в нем, господа! Старина Гайдн прислал нам на этот раз квартет. Мы отлично порепетируем и в малой гостиной», – ответствовал император.


    Революция… в ритме вальса


    «Новые времена – новые песни». И новые танцы, добавим мы. Вальс возник задолго до Великой французской революции на основе немецкого танца лендлера и считался крайне непристойным. Революция реабилитировала его. Правда, в России при императоре Павле он был запрещен строжайше. И поделом: вальс был не просто новомодным танцем, он отражал совершенно новое отношение людей друг к другу. Если в жеманном менуэте партнеры подавали друг другу два пальца, а в гавоте и полонезе к тому же требовалось соблюдать очередность пар согласно социальному статусу, то в вальсе люди были максимально раскованы. Это шокировало стариков, увлекало молодых и вообще было чем-то вроде бит-, рок- или панк-революции, только гораздо глубже и с несоизмеримо более выдающимися последствиями в плане музыки.

    Вальсы писал еще Моцарт. Но танцевать их публично в массовом порядке стали в Вене лишь в начале 19 века. Тогда же открылись первые танцевальные залы. Если раньше балы устраивались в частных домах и дворцах знати, то теперь появилась возможность смешивать разные слои общества. Для сравнения: подобное танцевально-музыкальное смешение сословий у нас в России учредилось только лет тридцать спустя, в 30-е годы 19 века. (Это были публичные маскарады в доме Энгельгардта в Петербурге, – их нравы стали основой интриги лермонтовского «Маскарада»).

    Демократическая публика и танцев жаждала современных, демократических. Конечно, прежде всего, тогда это был вальс.

    Великолепные образцы вальса оставил Ф. Шуберт. Однако теми, кто писал именно вальсы для танцзалов, были в то время Йозеф Ланнер и Иоганн Штраус-отец.


    Друзья-соперники под общим зонтиком бидермайера


    В 20-е годы они начинали вместе, меланхоличный обидчивый Ланнер и пылкий, горячий Иоганн Штраус-отец. Вернее, ведущим был сначала Ланнер. Он и карьеру сделал более блестящую: стал, в конце концов, придворным капельмейстером. Но Иоганн Штраус-отец был более ярок и популярен. По духу он оказался ближе массовой публике танцзалов, всем этим лавочникам и журналистам, маклерам и коммивояжерам, актрисам, танцовщицам и модисткам. Это они диктовали ему свои вкусы. Это потакая их вкусам, декораторы создали новый стиль, названный в честь популярного литературного героя-буржуа Бидермайера.

    Бидермайер – это культ предприимчивости и уюта семейного очага, это небольшие комнаты, полные зелени, недорогих безделушек и такой же недорогой мебели (всем знакомые «венские» стулья), это глубоко вошедшие в быт романсы и камерные пьесы; это изящные пьесы Скриба, романтическая поэзия Мюссе и Гейне, великая проза Бальзака и Диккенса.

    Время бидермайера – эпоха все более крупных биржевых спекуляций и развития железных дорог, фабрик, первых колониальных войн; это время социального оптимизма молодого буржуазного общества.

    Этот стиль (этот душевный настрой) царил в Европе 33 года (1815–1848 гг.), а затем вылился в стиль фешенеблей, – помпезный, нарочито «богатственный» и еще более феерически безвкусный стиль Второй империи (империи Наполеона III). И дотянул оптимизм этот аж до 1870 года! Таким образом, капитализм упивался собой около полувека.

    Лично для Вены процветание рухнуло в 1873 году. Оно кончилось мировым конфузом. Вернее, началось-то оно Венской всемирной выставкой, которая должна была продемонстрировать процветание Австро-Венгерской империи в лице ее экономики. Но в день открытия ее произошел обвал… аккурат венской биржи! Основанная на спекуляциях экономика дала дуба. И там эффективно сработал знакомый нам эффект «киндерсюрприза»!..

    Но здесь мы говорим о вальсе. А именно, – о венском вальсе, беззаботном, веселом и поэтичном, заполнившем весь 19 век до его исхода. Музыковеды выделяют еще специфику русского вальса (его меланхоличность, психологизм, драматизм и обычно минорную тональность) и французский (блестящий, жеманный и томный). Но именно венский вальс полон совершенно безмятежного упоения жизнью!


    Отец великого сына


    Впрочем, весь шарм венского вальса передавали не нотные крючки и загогулинки, – его могло передать только живое звучание оркестра. Поэтому венский вальс завоевал Европу и мир лишь после того, как один из ведущих его творцов – Иоганн Штраус-отец – выехал на гастроли.

    Несколько слов об этом замечательном человеке.

    Иоганн Штраус-отец родился 14 марта 1804 года в семье трактирщика. Правда, семейное предание называло другого отца – некоего испанского гранда, который остановился в гостинице его формального папы. Иные же утверждали, что в нем течет еврейская или цыганская кровь. В любом случае, некая южная кровь сильно сказалась во внешности его гениального сына. Но тогда до гениального сына было еще ох далеко!..

    В год Иоганн Штраус-отец становится сиротой. Трудная жизнь приводит его в один из оркестриков, который концертировал в кабачках и ресторанчиках Вены. Здесь он встречает Йозефа Ланнера – своего многолетнего друга и конкурента. Они организуют оркестр, а с 1825 года Штраус создает свой собственный ансамбль.

    Иоганн женится по любви, с супругой ему везет. Анна Штраус чрезвычайно музыкальна и домовита. Она рожает ему трех сыновей.

    Уже в 30-е годы Иоганн Штраус-отец – кумир венцев и всей Европы. В 1834 году во время гастролей в Берлине он получает приглашение от русского царя посетить Петербург. Предложение крайне выгодное. Но, увы, Штраус имеет массу обязательств перед антрепренерами.

    В 1837 году карьера Штрауса-отца достигает своего апогея: ему рукоплещет Париж. Обер и Галеви, Шуман и Мендельсон, Мейербер и Керубини воздают ему жаркую хвалу. Бесконечно требовательный и желчный Гектор Берлиоз пишет благосклонную статью о нем. В следующем году Штраусу покоряется Лондон, где он участвует в коронации королевы Виктории.

    Золотой дождь сыплется на Штрауса-старшего. Но вместе с ним – недомогания, связанные с хроническим переутомлением, и невзгоды в области личной жизни. Он покидает семью, находит утешение с новой женой.

    Свою карьеру Иоганн Штраус-старший кончает довольно странно. Разражается революция 1848 года. Он оказывается в немногочисленном стане сторонников монархии Габсбургов и пишет знаменитый «Марш Радецкого». Граф Радецкий стал одним из душителей революции в Вене. Вот его-то и прославил Штраус-отец! Однако марш оказался таким зажигательным, что его до сих пор ТАНЦУЮТ венцы на всех балах. Он стал почти неофициальным гимном Австрии.

    25 сентября 1849 года Штраус-отец умирает от скарлатины. Его провожает вся Вена, на время похорон позабыв о политических дрязгах…

    Но обида на отца за мать осталась жить в сердцах трех его сыновей: Иоганна. Йозефа, Эдуарда.


    «Доброе утро, Иоганн Штраус-сын!»


    Будущему гению венского вальса Штраусу-сыну (25.10.1825 – 3.06.1899) было за что обижаться на папу и помимо разрыва того с матушкой. Верный прагматическим веяниям эпохи Иоганн Штраус-отец ЗАПРЕТИЛ старшему сыну заниматься музыкой! Он мечтал пустить его по коммерческой части. Застав как-то своего первенца со скрипкой в руках, Штраус-старший запер ее в сундук. Тогда мать купила маленькому Иоганну новую скрипку. Занимался музыкой он тайком.

    Жизнь семьи, из которой ушел кормилец, стала весьма непростой, материальные условия стеснены. Тем не менее, Иоганн решительно выбирает путь дирижера и композитора. В отличие от отца он получает превосходное профессиональное образование. Правда, оно требует от него сочинения «серьезной» музыки, а его тянет к вальсам и полькам. Скрепя сердце Иоганн пишет… духовную кантату!

    И это очень помогает ему: приняв во внимание почтенный жанр сочинения, муниципалитет Вены дает юноше право выступить как дирижеру и композитору.

    Наверное, некоторые чиновники интриганы потирали руки, выдавая ему лицензию. Они предвкушали скандал. В самом деле, объявленный на 15 октября 1844 года концерт Иоганна Штрауса-сына вызвал в венском обществе бурю споров и сплетен. Как! Сын смеет вступать в конкуренцию с отцом, признанным мэтром жанра!..

    Больше всего был возмущен сам «пострадавший»: сын прислал ему ко всему прочему и письмо, полное явных упреков.

    Вот отрывок из него: бесподобный стиль эпохи и жизненные обстоятельства, в нем изложенные, весьма выпукло предстанут перед современным читателем:

    «Дорогой отец, я полностью отдаю себе отчет в том, что в качестве преданного сына, искренне почитающего как отца, так и мать, мне невозможно принять участие в Ваших так печально сложившихся взаимоотношениях, приведших к глубокому противоречию мои чувства сыновней любви и благодарности. Вот почему я решил воспользоваться талантом, развитием которого я обязан моей матери, находящейся в данное время без поддержки и средств к существованию, чтобы отблагодарить ее в меру моих скромных возможностей…»

    Первый вальс, с которым Иоганн Штраус-сын дебютировал перед публикой, он назвал «Сердце матери». Но осторожная Анна Штраус настояла на том, чтобы дебютант переименовал его в «Надеющийся на благосклонность». Этот вальс бисировали четырежды! И дальше в тот вечер все шло по нарастающей. Последний свой вальс («Аллегорический») Штраус-сын повторил по требованию восторженной публики 19 раз!

    Наконец, сверх программы он исполнил один из лучших вальсов отца – «Лорелею». Великодушие победителя покорило всех.

    Наутро газеты вышли с заголовками: «Доброй ночи, Йозеф Ланнер; добрый вечер, Иоганн Штраус-отец; доброе утро, Иоганн Штраус-сын!»


    Семейное предприятие


    Наступила пора бешеного успеха и бешеной работы. По обычаям того времени на КАЖДЫЙ бал руководитель оркестра должен был приносить новое сочинение! Если учесть, что приглашения сыпались практически ежедневно, то можно себе представить, почему Штраус-сын писал на салфетках, манжетах и простынях. Еще удивительнее было то, что качество его произведений при этом поточном методе только возрастало!

    Но все же нагрузки были неимоверными: репетиции, концерты, гастроли, сочинение все новой музыки, руководство оркестром и финансовые дела, со всем этим связанные… В 28 лет Иоганн Штраус-сын слег от переутомления.

    И тогда его поддержали братья: Йозеф и Эдуард. Собственно, они-то как раз не собирались становиться музыкантами. Йозеф был прекрасным инженером, Эдуард планировал стать дипломатом. Но болезнь брата заставила их встать за дирижерский пульт и… по традиции предложить публике сочинения собственного производства.

    Удивительно, но им сопутствовал успех! Вальсы Йозефа более меланхоличны и полны тонкой грации, польки и галопы Эдуарда стильны и милы. Теперь венцы даже не спрашивали, какой из братьев Штраус автор той или иной вещи. Нередко новые ноты так и выпускались под общей семейной вывеской…

    И все же признанным королем венского вальса оставался, естественно, Иоганн.


    Роман с Россией


    В 1855 году Штраус получает приглашение дирижировать концертами в Павловске под Петербургом. Ему сулят фантастический гонорар в 22 тысячи рублей за сезон! Причем, контракт предполагается долгосрочный…

    Предложение заманчивое, но с Россией, пардон, Штраус уже знаком, и не с лучшей ее стороны. В разгар революции 1848 года он с оркестром решил подработать на польской (тогда российской) территории и даже не озаботился получить визу. В результате весь оркестр был арестован и доставлен к градоначальнику Варшавы генералу Абрамовичу. Напрасно Штраус доказывал тупому служаке, что они музыканты, а не повстанцы. Даже выслушав их игру, Абрамович сказал: «Превосходно играете. Но все равно вы мошенники!» И отправил их снова в тюрьму.

    На счастье, в Варшаве в то время находилась царская семья. Жена Николая I императрица Александра Федоровна (урожденная Шарлотта Прусская, «эта прекрасная заложница Европы в лапах российского деспотизма») приказала освободить музыкантов и извиниться перед ними.

    Ну, нечего говорить, что и они отблагодарили ее великолепным концертом.

    И вот теперь Штрауса заманивали в Россию уже как желанного гостя.

    Он дал свое согласие. В течение 10 лет каждое лето Штраус проводит в Павловске.

    Русская публика переименовала его в Ивана Страуса, однако полюбила, возможно, оглушительней, чем даже родная венская.

    Штраус исполняет в концертах не только творения семьи Штраус, но и произведения Глинки, Верстовского, Алябьева, Серова, Гурилева, Грибоедова. Не все знают, что первое публичное исполнение произведений Чайковского («ХарАктерные танцы», 20 августа 1865 года) – дело «рук» Ивана Страуса.

    Иоганн Штраус знакомит русскую публику с произведениями Верди и Вагнера. А Россия знакомит его с… любовью. В одну из волшебных белых ночей 1857 года он встречает свою первую любовь, – Ольгу Смирнитскую. Она отвечает ему взаимностью. Но ее родня противится браку с «простым» музыкантом.

    В память о своей любви он пишет польку «Ольга» (которую дочь царя приняла за посвящение себе) и вальс «Дорожное приключение».

    Наверно, воспоминание о Смирнитской запечатлелось и в лучшем произведении Штрауса о России, – в очень нехарактерном для него, грустном по настроению вальсе «Прощание с Петербургом». Его отголоски использовал Даргомыжский в своем романсе «Безумно жаждать твоей встречи».

    Романс, в отличие от вальса, впрочем, шутливый.

    Ну да и жизнь Штрауса неудачным сватовством отнюдь не закончилась!

    Кстати, русские гонорары сделали его СТАБИЛЬНО богатым человеком и помогли свить семейное гнездышко в Вене.

    Но об этом чуть позже…


    Великие вальсы Штрауса


    Мы уже говорили, что каждый вальс Штрауса – это, собственно говоря, сюита из пяти вальсов. Каждая часть сюиты имеет свою смысловую нагрузку, свое настроение и служит развитию «сюжета» всего вальса в целом. В какой-то мере это как бы своеобразные симфонические картины, которые имеют довольно глубокое содержание и тонкие оттенки смысла. Нередко музыканты этого не учитывают, играя всю пьесу в одном настроении, а слушатели жалуются на однообразие и похожесть этих произведений. Однако под умелой рукой дирижера, например, знаменитый вальс «Жизнь артиста» становится рассказом о разных этапах жизненного пути человека искусства, – да и человека вообще. Упоение жизнью – да, ВЕДУЩЕЕ НАСТРОЕНИЕ, но далеко не единственное в каждом шедевре Штрауса!..

    Среди моря произведений Штрауса обычно выделяют несколько истинно гениальных вальсов. Это «Сказки Венского леса», «Жизнь артиста», «Вино, любовь и песни» (это название, звучащее как жизненное кредо, Штраус взял… из стихов Мартина Лютера), «Императорский вальс» (медленное вступление к нему написано на мотив марша турецких янычар в память о победе австрийцев над турками в 17 веке), «Весенние голоса» (самый ликующий свой шедевр Штраус создал в 73 года!)…

    Но особенно интересна история поэтичнейшего вальса Штрауса – «Голубой Дунай» («На прекрасном голубом Дунае»). Наряду с «Маршем Радецкого» Штрауса-отца он стал неформальным гимном Австрии. А ведь славу ему принесла вовсе не родная земля…

    Дело в том, что руководитель Венского хорового общества упросил Штрауса написать пьесу для его коллектива. И коллектив был, надо сказать, так себе, и стихи некий поэт сочинил совершенно бездарные… Даже музыка Штрауса не спасла эту пьесу от более чем прохладного приема у взыскательной венской публики.

    Возвращаясь с премьеры вальса, Штраус признался, что вещь проходная, по-настоящему удалась только концовка.

    Но вот в 1867 году открылась Всемирная выставка в Париже. Среди прочих произведений Штраус решил исполнить здесь и «Голубой Дунай». Уже первую часть пьесы покрыла буря аплодисментов. Вальс приняли на ура. На следующий день знаменитый поэт Жюль Барбье написал новый текст. При обычном тираже популярной музыкальной пьесы в 5–10 тысяч экземпляров «Голубой Дунай» в короткий срок был издан… миллионным тиражом!

    Парижский триумф Штрауса-сына затмил успех здесь его отца. Иоганна Штрауса приветствуют Флобер, Теофиль Готье, Дюма-сын, Абруаз Тома, Иван Сергеевич Тургенев.

    Из Парижа слава «Голубого Дуная» докатилась, наконец, и до неблагодарной Вены…

    Теперь это любимейший вальс венцев. Под него даже не принято танцевать. Ведь нельзя же плясать под гимн, в самом деле! (Хотя под «Марш Радецкого» очень даже и пляшут…)

    В 60-е и 70-е годы Штраус в зените славы, в зените творчества.

    А что же его «личная жизнь»?


    Генриетта, Ангелика и Адель


    Напряженная работа почти не оставляла времени подумать о делах сердечных. Любовь нагрянула на Иоганна внезапно. Предметом его увлечения оказалась одна из самых блестящих дам венского света Генриетта Трефц.

    Она была на 10 лет старше Иоганна, но Штраус вырос в атмосфере культа матери, так что нет ничего удивительного в его выборе.

    Генриетта Трефц была знаменитой оперной певицей. Ее голосом восторгался Гектор Берлиоз.

    Ко времени знакомства с Иоганном Иетти была уже немолода, давно не выступала на сцене. Да и не была, строго говоря, «свободна». Она считалась гражданской женой богача барона Тедеско и жила в его дворце на правах хозяйки. От барона она имела двух дочерей и сына.

    Горячая любовь Иетти и Иоганна, на удивление, нашла понимание у барона. Он не только благословил их брак, но и снабдил крупным состоянием.

    «Молодые» (ну, не так, чтобы очень уж молодые, зато бесспорно счастливые) поселились в прекрасном особняке неподалеку от императорского дворца.

    Окруженный заботой и комфортом Штраус мог плодотворно работать. Правда, годы брали свое, и он сократил количество создаваемых произведений, зато все более возрастало их качество.

    Но… семейная идиллия разбилась об одно немаловажное обстоятельство. Дочери Иетти от Тедеско удачно вышли замуж, а вот сын оказался шалопаем, который беспрестанно требовал от матери денег. Это отравляло жизнь всей семьи. Повеса не раз пускался и на прямой шантаж.

    И вот однажды, вернувшись домой, Штраус нашел тело бездыханной Иетти. Рядом лежало письмо сына с очередными требованиями, угрозами… Как говорят: «сердце матери» не выдержало…

    Иоганн глубоко и болезненно пережил эту утрату.

    К тому же он панически боялся смерти.

    Вскоре Штраус женится во второй раз. Его избранница – молодая актриса Ангелика Дитрих, столь же эффектная, сколь и бездарная. Впрочем, она недолго обременяла его сердце и кошелек, и сбежала от композитора с его другом Штайнером, директором театра, где шли оперетты Штрауса.

    Ситуация опереточная, но для самолюбия автора довольно болезненная…

    И вот третья попытка счастья… Теперь его избранницей становится молодая вдова друга и однофамильца Адель Штраус. При заключении брака невесте даже не потребовалось сменить фамилию, зато жениху пришлось сменить вероисповедание. Католическая церковь заупрямилась, и Штраусу не оставалось ничего другого, как перейти в протестантство. Но смена веры не повлияла на его творчество. А вот женитьба на Адель сделала Штрауса по-настоящему, наконец-то, счастливым!

    Адель Штраус оказалась умной, одаренной женщиной, преданной помощницей и другом. Ей композитор посвятил один из лучших своих вальсов, – «Вальс Адели».


    Оперетта с цветами, свистом и кровью


    И все же как рифмуются жизнь и творчество!.. Женщина, сделавшая его счастливым, звалась Адель. Но и одна из героинь его оперетты «Летучая мышь» тоже носит это имя!

    Итак, Штраус – творец венской оперетты. К этому он шел довольно долго. Его вальсы явно перерастали рамки прикладной «музыки для ног». На симфонию Штраус не замахивался, на оперу тоже. Свой единственный балет он не успел завершить. А вот оперетта…

    Сложный, капризный жанр этот принес ему много лавров, но вряд ли меньше и разочарований.

    Судите сами.

    Оперетта, парижанка по рождению, явилась в Вену как нечто любопытное, пикантное, но не совсем таки близкое. Французская оперетта – оперетта Жака Оффенбаха – была задириста и сатирична. Она отражала накал политических страстей и скандалов империи Наполеона III. Ни о чем подобном в Вене Франца-Иосифа II не могло быть и речи. И дело было даже не в том, что «властя не пущали», а во вкусах самих венцев. Они оказались слишком уж добродушны и равнодушны к политике. Они хотели иметь оперетту, но со своим, чисто венским духом и колоритом.

    И Иоганн Штраус помог им в этом.

    Впрочем, из многих его оперетт до сих пор в репертуаре театров уцелели лишь две – «Летучая мышь» и «Цыганский барон». Виной тому были слабенькие либретто, которые не могла спасти и музыка «короля вальса», а сам он слишком беспечно относился к литературному материалу.

    (Об одной из них – «Карнавале в Риме» – молодой А.П. Чехов написал фельетон, название которого говорит за себя: «Кавардак в Риме – комическая странность в 3-х действиях, 5-ти картинах, с прологом и двумя провалами».)

    Правда, основой либретто «Летучей мыши» послужила пьеса Мельяка и Галеви, которые писали либретто для самого Жоржа Бизе. Переложив парижскую штучку на нравы венцев, литературные сотрудники Штрауса создали неплохой сюжет. А уж музыка!.. Маэстро не подкачал… Он работал с огромным подъемом и создал «Летучую мышь» за 43 ночи.

    Премьера состоялась 5 апреля 1874 года. Теперь трудно поверить: был некоторый успех, но… больше двадцати представлений творение Штрауса не выдержало! Венцы были еще слишком подавлены биржевым крахом 1873 года, когда по городу прокатилась волна самоубийств разорившихся маклеров, этих обманутых фортуной детей бидермайера…

    Короче, венцам было тогда не до смеху. Зато в Германии и во Франции «Летучую мышь» ждал грандиозный успех. Повторилась история с «Голубым Дунаем»: признание шедевра произошло не на родине композитора.

    «Летучая мышь» – типично венская оперетта, где ни слова о политике, ни грамма сатиры, где царят любовь, флирт, добродушный юмор и танцевальные ритмы, – чардаша, польки и. конечно, вальса прежде всего. Позже по этому пути пойдут Кальман и Легар.

    А Штраус будет писать свои оперетты с переменным успехом. Когда на 24 октября 1885 года была назначена премьера его «Цыганского барона», в успехе почему-то особенно многие сомневались: чтобы занять публику, дирекция вывела на сцену живую лошадь. Но и без этого представление неожиданно вылилось… в грандиозный триумф!

    Музыкальные достоинства «Летучей мыши» и «Цыганского барона» сделали их достоянием репертуара и самых серьезных оперных театров.

    А вот представление последней оперетты Штрауса «Венская кровь» закончилось настоящим кровопролитием. Она провалилась и привела театр к финансовой катастрофе. Директор театра, друг Штрауса Яунер покончил с собой. Это раздуло страсти. Оперетту поставили по всей Европе и… вновь неожиданный и прочный успех!

    Воистину, нет пророка в своем отечестве…


    Триумф, оставшийся с ним навек


    Однако музыка Штрауса В ЦЕЛОМ имела у своих современников поголовное признание. Его почитателями были Вагнер и Глинка, Чайковский и Берлиоз, Малер и Брамс, Римский-Корсаков и Рахманинов. (С Брамсом Штрауса связывала и многолетняя дружба.) По воспоминаниям современников, музыка Штрауса пришлась по сердцу и Льву Николаевичу Толстому: от звуков одного из вальсов он буквально расплакался.

    В 1876 году Штраус посетил Соединенные Штаты Америки. Молодая заокеанская республика праздновала свое столетие и решила ни в чем себе не отказывать. В Бостоне венский маэстро дирижировал ансамблем из 20 тысяч оркестрантов и хористов. Все его движения передавали различным частям гигантского музыкального коллектива специальные ассистенты. Впрочем, сам Штраус находил всю эту грандиозность дешевым штукарством. Дешевым – не дешевым, но янки пришлось выложить за это «венскому чародею» астрономическую по тем временам сумму в сто тысяч долларов…

    Штраус так долго царил в сердцах венцев, что им стало казаться, будто их кумир вечен.

    Увы, Иоганн Штраус ушел из жизни вместе со столь благосклонным к нему 19 веком. В мае 1899 года он простудился на утреннике в придворном театре, где дирижировал увертюрой к «Летучей мыши», и слег. Началось воспаление легких, часто фатальное в его возрасте.

    В полубессознательном состоянии Штраус напевал песенку своей юности:

      
         Как бы солнце ни светило.
         Как бы ни было прекрасно,
         Путь к закату неминуем:
         К вечеру оно погаснет… 
    
    

    Смерть, которой он так боялся всю жизнь, настигла его 3 июня 1899 года.

    Венцы похоронили его в том уголке Центрального кладбища, где покоятся Шуберт и Брамс.

    Жизнь маэстро закончилась. Началась слава посмертная…


    Валерий Бондаренко
    LIBRARY.RU


    Добавить комментарий к статье



  • Биография Штрауса
  • Венский чародей
  • Австрийские композиторы
  • Биографии композиторов
  • Скорпионы (по знаку зодиака)
  • Известные австрийцы



  • Ссылка на эту страницу:

     ©Кроссворд-Кафе
    2002-2017
    Рейтинг@Mail.ru     dilet@narod.ru