Кроссворд-кафе Кроссворд-кафе
Главная
Классические кроссворды
Сканворды
Тематические кроссворды
Календарь
Биографии
Статьи о людях
Афоризмы
Новости о людях
Библиотека
Отзывы о людях
Историческая мозаика
Наши проекты
Юмор
Энциклопедии и словари
Поиск
Рассылка
Сегодня родились
Реклама
Web-мастерам
Генератор паролей

Случайная статья

Интересно

Великобритания. Знакомство перед путешествием
Горнолыжные курорты Японии

Алексей Аракчеев. Бес, лести предан?


Биография Аракчеева
Похвальное слово графу
Весы (по знаку зодиака)
Знаменитые Алексеи

"В жизни моей я руководствовался всегда одними правилами - никогда не рассуждал по службе и исполнял приказания буквально... Знаю, что меня многие не любят, потому что я крут, - да что делать? Таким меня Бог создал! И мною круто поворачивали, а я за это остался благодарен. Мягкими французскими речами не выкуешь дело!"


Начало "тридцатилетнего счастия"


Родился Алексей Андреевич Аракчеев в 1769 г. под Бежецком в бедной дворянской семье, был учен на медные деньги, с большим трудом поступил в Кадетский корпус, не блистал там талантами и образованностью, но заметно выделялся исполнительностью. За это товарищи каждый день били его, но начальство оценило усердие Аракчеева и произвело в сержанты, а потом оставило при корпусе. Как-то кадеты, ненавидевшие его, решили убить, бросив с высоты тяжелый камень, но случайно промахнулись: Аракчеев отступил назад, чтобы поднять платок начальника.

В это время наследник престола Павел решил в Гатчине основать свою артиллерию. Оказалось, что Аракчеев больше всех подходит на роль ее начальника. А как обрадовались новому назначению свирепого педанта в Корпусе - и сказать нельзя! С этого момента началось "тридцатилетнее его счастие".

Вообще, в существовании и успехе таких людей, как Аракчеев, есть своя тайна. Аракчеевы всегда нужны обществу. Это особая, непрерывно возобновляющаяся порода людей - служи они хоть чиновниками, хоть военными, учителями, профессорами, журналистами. Они - апологеты полицейского начала, единомыслия, слепого повиновения начальству, а порой и ксенофобии. Такие люди позарез нужны каждой власти. И не личные дарования, ни талант, а именно этот зов власти делает их карьеры успешными. Благодаря этому они становятся страшными не только для смутьянов, вольнодумцев, но и для самых обыкновенных людей...


Крутые горки


Аракчеев был неразлучен с Павлом весь "гатчинский период" жизни цесаревича. А когда в 1796 г. умерла Екатерина II, он был рядом с Павлом в Зимнем дворце. Там он удостоился наград и высоких назначений. И почти сразу все увидели его истинное лицо под маской: "На просторе разъяренный бульдог, как бы сорвавшись с цепи, пустился рвать и терзать все ему подчиненное..." (Вигель. Записки). Но век его оказался недолог. За подлый поступок в отношении одного офицера - по указу Павла I - Аракчеева "выбросили" (так сказано в указе!) со службы и сослали в его поместье Грузино. Впрочем, вскоре Павел вернул Аракчеева, сделал его графом, дал ему герб с девизом "Без лести предан" (все переделывали его: "Бес, лести предан"), но через год (и снова за неприглядный поступок) - опять опала, ссылка в Грузино.


Оттуда в 1803 г. его извлек и обласкал Александр I. Он назначил Аракчеева военным министром. Они были знакомы давно. Аракчеев питал особую слабость к Александру. При строгом Павле Аракчеев, в нарушение уставов, спасал наследника от тягот службы, давал ему, как заботливый дядька, подольше понежиться в постели, словом - баловал. И Александр это помнил. Он нуждался в таком человеке. Аракчеев казался царю единственным, кто предан ему без лести. Да, он не был умен и красив, но был верен и любил государя больше, чем кто-либо. Он не воровал, говорил правду, не умничал, никогда не поучал Александра. Аракчеев буквально молился на императора, обожал его! При этом взгляды Аракчеева в эпоху либерализма и начала царствования Александра были крайне реакционны. Он люто ненавидел реформатора М.М. Сперанского за его идеи и попросту ревновал его к Александру.

Между тем и Сперанский, и Аракчеев, существуя рядом, были нужны царю. Они - как две ипостаси Александра, в котором либерализм и консерватизм, гуманность и жестокость, свобода мысли и любовь к субординации тесно переплетались. И все же в 1812 году Аракчеев праздновал победу: Сперанского сослали!


Отец военных поселений


Имя Аракчеева навсегда связано с военными поселениями. Говорят, что первая мысль о них принадлежала самому Александру и Аракчеев сначала даже не соглашался приводить ее в исполнение. Но воля повелителя выше твоих взглядов! В идее военных поселений было здравое начало: так можно было сэкономить на военных расходах и цивилизовать диких крестьян, воспитать в них любовь к порядку и труду, организованность, трезвость, бережливость.

Воспитывались эти качества драконовскими методами. Всех поражала редкая даже для того времени жестокость Аракчеева: "...Правду о нем надобно писать не чернилами, а кровью", - писал священник села Грузина, где розги постоянно хранились в рассоле. Это не была жестокость садиста, наслаждавшегося мучениями жертвы, это была неумолимая жестокость сторонника порядка, дисциплины. Без вины не наказывали, а наказывали точно по уставу.


Женщины - искательницы Фортуны


Во внешнем виде Аракчеева не было ничего внушительного. Он выглядел пожилым гарнизонным офицером, говорил медленно, немного в нос и казался постоянно озабоченным. Его страшно боялись, прохожие стремились незаметно юркнуть мимо мрачного дома Аракчеева на Литейном. Он вставал в четыре утра и непрерывно работал-работал-работал до позднего вечера, что плохо сказывалось на его здоровье. Граф хотел показать, что его хватит на всё. И немудрено, что его мучили тоска и сердцебиение - больше 4-5 часов в сутки он не спал.

Его личная жизнь не была благополучной. Аракчеев был женат на Наталье Хомутовой, но брак длился недолго: деспотичный характер служаки привел к разводу. "Впрочем, - пишет очевидец, - он не во всех поступках своих был стойким, он имел у себя любовниц, из коих известнее прочих была Пукалова, поведением и корыстолюбием своим напоминавшая распутную Дюбарри".

Пукалова была женой обер-прокурора Синода. "Я знавал ее лично, - пишет Вигель, - эту всем известную Варвару Петровну, полненькую, кругленькую, беленькую бесстыдницу. Она вымогала подарки у искателей фортуны, нагло держалась на балах, а все перед ней заискивали". Аракчеев дружил с ее мужем и даже обделывал с ним какие-то денежные делишки.

А потом появилась знаменитая Настасья Федоровна Минкина - жена грузинского кучера. Один из современников был у Аракчеева в Грузино, видел Минкину: "Глаза ее горели как угли, но смуглые черты рано утратили свою красоту. На ней было шелковое платье и жемчужное ожерелье, чепец прикрывал ее черные с проседью волосы... Настасья жила в отдельном доме, и многие из посетителей Грузина вменяли себе долгом явиться к ней с изъявлением почтения. Рассказывали, что она мучила Аракчеева своей ревностью и что жутко приходилось от нее молодым ее прислужницам".

Когда Аракчеев возвысил ее до интимности, то своего "мужа она трактовала свысока" и часто приказывала сечь на конюшне. Нет сомнений, что Аракчеев ее глубоко любил и как каждый любящий не видел в ней неприятных и даже отвратительных черт. Эти же чувства он перенес и на ребенка от Минкиной - Михаила, получившего фамилию Шумский. Но юноша оказался никудышным человеком и забулдыгой, кончившим жизнь в кабаке.


Роковой 1825 год


В 1825 году в жизни Аракчеева произошла трагедия - Минкину зарезали крепостные, с которыми она обращалась зверски. На подъезде к Грузино Аракчеев случайно узнал о смерти своей возлюбленной. Он заревел как дикий зверь, а потом замолчал и, казалось, онемел и обезумел.

Скорби Аракчеева не было конца. Он любил в своей жизни трех людей - императора Александра, Минкину и Шумского. Любил безраздельно и слепо. Он похоронил ее в церкви и написал эпитафию:"Здесь погребен 25-летний мой друг, Настасья Федоровна, убиенная своими людьми в сентябре 1825 года".

Каждое утро он приходил поклониться праху Минкиной и приносил на могилу свежие цветы. Как писал современник, он совсем забросил государственные дела и "занимался истреблением дворни".

День 14 декабря 1825 г. стал роковым не только для мятежников на Сенатской площади, но и для Аракчеева - он проявил трусость и не решился выйти с новым царем Николаем I подавлять восстание. Сидя в одиночестве в Зимнем дворце, он испытывал не только страх, но и чувство вины. Ведь именно к нему в Грузино в июне 1825 г. явился доносчик на декабристов Шервуд, но Аракчеев ему не поверил, потребовал дополнительных сведений, а тут убили Минкину - и Аракчеев забросил все дело. Позже Шервуд считал, что из-за этой проволочки временщика не удалось предотвратить бунт.

С 14 декабря Аракчеев был уже не временщик, а отставник. Ему было рекомендовано поправить пошатнувшееся здоровье "деревенским воздухом" Грузина. Со смертью Минкиной и Александра для Аракчеева все рухнуло. Ранее могущественный и всесильный, он стал ничем - удел всех временщиков.

О нем мгновенно забыли при дворе. Его покинули даже самые верные и преданные ранее люди. Он остался совершенно один. Подавленный горем, он бродил по пустому дворцу в Грузино, пока не умер в 1834 году. Это известие удивило многих - люди полагали, что Аракчеева уже давно нет на свете.


Евгений АНИСИМОВ
Аналитический еженедельник "Дело" 7/11/2005


Добавить комментарий к статье




Биография Аракчеева
Похвальное слово графу
Весы (по знаку зодиака)
Знаменитые Алексеи


Ссылка на эту страницу:

 ©Кроссворд-Кафе
2002-2018
Рейтинг@Mail.ru     dilet@narod.ru