Кроссворд-кафе Кроссворд-кафе
Главная
Классические кроссворды
Сканворды
Тематические кроссворды
Календарь
Биографии
Статьи о людях
Афоризмы
Новости о людях
Библиотека
Отзывы о людях
Историческая мозаика
Наши проекты
Юмор
Энциклопедии и словари
Поиск
Рассылка
Сегодня родились
Реклама
Web-мастерам
Генератор паролей

Самое популярное

Интересно

Центральная Швейцария: калейдоскоп впечатлений
Маврикий: все условия для идеального отдыха

Стихотворения Владимира Сергеевича Соловьева


Русские поэты
Российские философы
Знаменитые Владимиры

  • "Бедный друг! Истомил тебя путь..."
  • "Бескрылый дух, землею полоненный..."
  • "В Альпах"
  • "В тумане утреннем неверными шагами..."
  • "Вижу очи твои изумрудные..."
  • "Земля-владычица! К тебе чело склонил я..."
  • "Милый друг, иль ты не видишь..."
  • "Осеннею дорогой"
  • "Панмонголизм"
  • "Под чуждой властью знойной вьюги..."
  • "Пора весенних гроз еще не миновала..."
  • "Посвящение к неизданной комедии"
  • "У царицы моей есть высокий дворец..."
  • "Уходишь ты, и сердце в час разлуки..."
  • "Хоть мы навек незримыми цепями..."
    
    * * *
    
    У царицы моей есть высокий дворец,
    О семи он столбах золотых,
    У царицы моей семигранный венец,
    В нем без счету камней дорогих.
    
    И в зеленом саду у царицы моей
    Роз и лилий краса расцвела,
    И в прозрачной волне серебристый ручей
    Ловит отблеск кудрей и чела.
    
    Но не слышит царица, что шепчет ручей,
    На цветы и не взглянет она:
    Ей туманит печаль свет лазурных очей,
    И мечта ее скорби полна.
    
    Она видит: далеко, в полночном краю,
    Средь морозных туманов и вьюг,
    С злою силою тьмы в одиночном бою
    Гибнет ею покинутый друг.
    
    И бросает она свой алмазный венец,
    Оставляет чертог золотой
    И к неверному другу, - нежданный пришлец, -
    Благодатной стучится рукой.
    
    И над мрачной зимой молодая весна -
    Вся сияя, склонилась над ним
    И покрыла его, тихой ласки полна,
    Лучезарным покровом своим.
    
    И низринуты темные силы во прах,
    Чистым пламенем весь он горит
    И с любовию вечной в лазурных очах
    Тихо другу она говорит:
    
    "Знаю, воля твоя волн морских не верней,
    Ты мне верность клялся сохранить, -
    Клятве ты изменил,- но изменой своей
    Мог ли сердце мое изменить?"
                                                     Наверх
    
    
    * * *
    
    Уходишь ты, и сердце в час разлуки
    Уж не звучит желаньем и мольбой;
    Утомлено годами долгой муки,
    Ненужной лжи, отчаянья и скуки,
    Оно сдалось и смолкло пред судьбой.
    
    И как среди песков степи безводной
    Белеет ряд покинутых гробов,
    Так в памяти моей найдут покой холодный
    Гробницы светлых грез моей любви бесплодной,
    Невыраженных чувств, невысказанных слов.
    
    И если некогда над этими гробами
    Нежданно прозвучит призывный голос твой,
    Лишь отзвук каменный застывшими волнами
    О той пустыне, что лежит меж нами,
    Тебе пошлет ответ холодный и немой.
                                                     Наверх
    
    
    Посвящение к неизданной комедии
    
    Не жди ты песен стройных и прекрасных,
    У темной осени цветов ты не проси!
    Не знал я дней сияющих и ясных,
    А сколько призраков недвижных и безгласных
    Покинуто на сумрачном пути.
    
    Таков закон: всё лучшее в тумане,
    А близкое иль больно, иль смешно.
    Не миновать нам двойственной сей грани:
    Из смеха звонкого и из глухих рыданий
    Созвучие вселенной создано.
    
    Звучи же смех свободною волною,
    Негодования не стоят наши дни.
    Ты, муза бедная, над смутною стезею
    Явись хоть раз с улыбкой молодою
    И злую жизнь насмешкою незлою
    Хотя на миг один угомони.
                                                     Наверх
    
    
    * * *
    
    Под чуждой властью знойной вьюги,
    Виденья прежние забыв,
    Я вновь таинственной подруги
    Услышал гаснущий призыв.
    
    И с криком ужаса и боли
    Железом схваченный орел -
    Затрепетал мой дух в неволе
    И сеть порвал и ввысь ушел.
    
    И на заоблачной вершине,
    Пред морем пламенных чудес
    Во всесияющей святыне
    Он загорелся и исчез.
                                                     Наверх
    
    
    * * *
    
    Хоть мы навек незримыми цепями
    Прикованы к нездешним берегам,
    Но и в цепях должны свершить мы сами
    Тот круг, что боги очертили нам.
    
    Все, что на волю высшую согласно,
    Своею волей чуждую творит,
    И под личиной вещества бесстрастной
    Везде огонь божественный горит.
                                                     Наверх
    
    
    * * *
    
    Бескрылый дух, землею полоненный,
    Себя забывший и забытый бог...
    Один лишь сон, - и снова, окрыленный
    Ты мчишься ввысь от суетных тревог.
    
    Неясный луч знакомого блистанья,
    Чуть слышный отзвук песни неземной, -
    И прежний мир в немеркнущем сияньи
    Встает опять пред чуткою душой.
    
    Один лишь сон, - и в тяжком пробужденьи
    Ты будешь ждать с томительной тоской
    Вновь отблеска нездешнего виденья,
    Вновь отзвука гармонии святой.
                                                     Наверх
    
    
    * * *
    
    В тумане утреннем неверными шагами
    Я шел к таинственным и чудным берегам.
    Боролася заря с последними звездами,
    Еще летали сны - и схваченная снами
    Душа молилася неведомым богам.
    
    В холодный белый день дорогой одинокой,
    Как прежде, я иду в неведомой стране.
    Рассеялся туман, и ясно видит око,
    Как труден горный путь и как еще далеко,
    Далеко все, что грезилося мне.
    
    И до полуночи неробкими шагами
    Все буду я итти к желанным берегам,
    Туда, где на горе, под новыми звездами
    Весь пламенеющий победными огнями,
    Меня дождется мой заветный храм.
                                                     Наверх
    
    
    * * *
    
    Земля-владычица! К тебе чело склонил я,
    И сквозь покров благоуханный твой
    Родного сердца пламень ощутил я,
    Услышал трепет жизни мировой.
    
    В полуденных лучах такою негой жгучей
    Сходила благодать сияющих небес,
    И блеску тихому несли привет певучий
    И вольная река, и многошумный лес.
    
    И в явном таинстве вновь вижу сочетанье
    Земной души со светом неземным,
    И от огня любви житейское страданье
    Уносится, как мимолетный дым.
                                                     Наверх
    
    
    * * *
    
                         В. Л. Величко
    
    Пора весенних гроз еще не миновала,
         А уж зима пришла,
    И старость ранняя нежданно рассказала,
         Что жизнь свое взяла.
    
    И над обрывами бесцельного блужданья
         Повис седой туман,
    Душа не чувствует бывалого страданья,
         Не помнит старых ран.
    
    И воздух горный радостно вздыхая,
         Я в новый путь готов,
    Далеко от цветов увянувшего мая,
         От жарких летних снов.
                                                     Наверх
    
    
    В Альпах
    
    Мыслей без речи и чувств без названия
         Радостно-мощный прибой.
    Зыбкую насыпь надежд и желания
         Смыло волной голубой.
    
    Синие горы кругом надвигаются,
         Синее море вдали.
    Крылья души над землей поднимаются,
         Но не покинут земли.
    
    В берег надежды и в берег желания
         Плещет жемчужной волной,
    Мыслей без речи и чувств без названия
         Радостно-мощный прибой.
                                                     Наверх
    
    
    Осеннею дорогой
    
    Меркнет день. Над усталой, поблекшей землей
         Неподвижные тучи висят.
    Под прощальным убором листвы золотой
         И березы, и липы сквозят.
    Душу обняли нежно-тоскливые сны,
         Замерла бесконечная даль,
    И роскошно-блестящей и шумной весны
         Примиренному сердцу не жаль.
    И как будто земля, отходя на покой,
         Погрузилась в молитву без слов,
    И спускается с неба невидимый рой
         Бледнокрылых, безмолвных духов.
                                                     Наверх
    
    
    * * *
    
    Бедный друг! Истомил тебя путь,
    Темен взор, и венок твой измят.
    Ты войди же ко мне отдохнуть.
    Потускнел, догорая, закат.
    
    Где была и откуда идешь,
    Бедный друг, не спрошу я, любя;
    Только имя мое назовешь -
    Молча к сердцу прижму я тебя.
    
    Смерть и Время царят на земле, -
    Ты владыками их не зови;
    Все, кружась, исчезает во мгле,
    Неподвижно лишь солнце любви.
                                                     Наверх
    
    
    * * *
    
    Милый друг, иль ты не видишь,
    Что все видимое нами -
    Только отблеск, только тени
    От незримого очами?
    
    Милый друг, иль ты не слышишь,
    Что житейский шум трескучий -
    Только отклик искаженный
    Торжествующих созвучий?
    
    Милый друг, иль ты не чуешь,
    Что одно на целом свете -
    Только то, что сердце к сердцу
    Говорит в немом привете?
                                                     Наверх
    
    
    * * *
    
    Вижу очи твои изумрудные,
    Светлый облик встает предо мной.
    В эти сны наяву, непробудные,
    Унесло меня новой волной.
    
    Ты поникла, земной паутиною
    Вся опутана, бедный мой друг,
    Но не бойся: тебя не покину я, -
    Он сомкнулся, магический круг.
    
    В эти сны наяву, непробудные,
    Унесет нас волною одной.
    Вижу очи твои изумрудные,
    Светлый облик стоит предо мной.
                                                     Наверх
    
    
    Панмонголизм
    
    Панмонголизм! Хоть слово дико,
    Но мне ласкает слух оно,
    Как бы предвестием великой
    Судьбины божией полно.
    
    Когда в растленной Византии
    Остыл божественный алтарь
    И отреклися от Мессии
    Иерей и князь, народ и царь, -
    
    Тогда он поднял от Востока
    Народ безвестный и чужой,
    И под орудьем тяжким рока
    Во прах склонился Рим второй.
    
    Судьбою павшей Византии
    Мы научиться не хотим,
    И все твердят льстецы России:
    Ты - третий Рим, ты - третий Рим.
    
    Пусть так! Орудий божьей кары
    Запас еще не истощен.
    Готовит новые удары
    Рой пробудившихся племен.
    
    От вод малайских до Алтая
    Вожди с восточных островов
    У стен поникшего Китая
    Собрали тьмы своих полков.
    
    Как саранча неисчислимы
    И ненасытны как она,
    Нездешней силою хранимы,
    Идут на север племена.
    
    О, Русь! забудь былую славу:
    Орел двухглавый сокрушен,
    И желтым детям на забаву
    Даны клочки твоих знамен.
    
    Смирится в трепете и страхе
    Кто мог завет любви забыть...
    И третий Рим лежит во прахе,
    А уж четвертому не быть.
                                                     Наверх
    


    Добавить комментарий к статье




    Русские поэты
    Российские философы
    Знаменитые Владимиры


    Ссылка на эту страницу:

  •  ©Кроссворд-Кафе
    2002-2019
    Рейтинг@Mail.ru     dilet@narod.ru